Хочу рассмотреть один конкретный приём, который не упомянул ранее. Поговорим о рассказе истории героя через "абстрактный", отдалённый пересказ вымышленного сюжета
Объясняю на примере: у нас есть таинственный странник, который грабит караваны, но в свободное время снимает котят с деревьев. Как он докатился до такой жизни? Что им движет? Для красивого ответа на эти вопросы сценаристы дают герою следующий монолог. Сидя перед костром в окружении поймавших его стражников, разбойник рассказывает душещипательную сказку о бедном-бедном мальчике с чистым сердцем, который волею обстоятельств стал подлым вором, хотя всегда мечтал быть принцем. И монолог обязательно заканчивается хэппи-эндом, который вступает в противоречие с положением пойманного вора. Контрапункт
Сто процентов вы видели множество подобных сцен. Хороши ли они драматургически? Безусловно, это яркий способ ввести предысторию героя, раскрыть его внутренний мир и показать надежду на лучший финал. Но, как и всё в кино, приём затёрся, и теперь уже никого не обмануть фальшивой "выдуманной" историей протагониста
Можно ли использовать этот приём круто, сегодня? Конечно. Достаточно лишь... Не пересказывать историю героя. Спросите, зачем? Скрестим этот приём с приёмом ненадёжного рассказчика. Пусть наш разбойник врёт, что насиловал, убивал, грабил и не сожалел о поступках. А потом через действие или обстоятельство раскроем правду — да он же добряк! Просто хочет казаться злым
На чём работает эта подмена? По тому же принципу, что и саспенс...
Вы знаете Чужих
Саспенс. Поговорим об этом драматургическом приёме: как создаётся напряжение, почему саспенс существует и причём тут «Чужие»?
Зайду с ремарки. Вчера я волей случая пересмотрел дилогию франшизы «Чужой». И на примере идеального, на мой взгляд, сиквела объясню, почему в принципе саспенс работает на зрителе
Для начала, какая задача стояла перед Кэмероном, когда он снимал сиквел «Чужого»? Конечно, сделать жанровое кино, которое соберёт кассу, но это задача, скорее, продюсерская. Режиссёр (и сценаристы Шуссет, О`Бэннон) должны были развить идеи и темы оригинала, при этом не ударившись в самоповтор. К счастью, творческая команда фильма под началом Кэмерона, мастером голливудских экшенов, смогла справиться с этой задачей. Буквально каждый аспект оригинала получил логическое развитие во второй части, а линия героини не была перезапущена, хотя, как мне кажется, мало кто в момент завершения работы над оригинальным «Чужим» знал что дальше делать с Рипли (Феде Альварес, снявший недавнего «Чужого: Ромул», тоже вот заявил, что понятия не имеет, о чём снимать продолжение)
Эта длинная подводка была к тому, что «Чужие» — очень удачно продуманный фильм. И как часть большой франшизы, и как отдельное кино. Но в рамках этой публикации поговорим о конкретном элементе картины: саспенсе
Если вы давно смотрели этот фильм, то наверняка забыли, что экшен сцен в боевике на два с половиной часа совсем немного. Первая половина фильма вообще практически полностью держится на интриге, заданной прошлым фильмом. Что я имею в виду? Очевидно, перед просмотром «Чужих» вы захотите увидеть оригинальную картину. И к моменту просмотра сиквела вы будете прекрасно осведомлены, что та забытая в космосе планета — ад. Вы это знаете как зритель, Рипли это знает. Но.... Остальные герои фильма даже не подозревают, какая опасность их ждёт. И авторы фильма выжимают из этого саспенса максимум
Откатимся назад в истории. Как работает этот приём? Вспомним слова Хичкока, которого справедливо называют первооткрывателем саспенса (не изобретателем, это важно, так как саспенс невозможен без зрительского участия)
Необходимо, чтобы публика была полностью осведомлена обо всех деталях, связанных со сценой. В противном случае, у нее не может возникнуть какого-либо тревожного ожидания
Иными словами, если зритель заведомо не имеет представления о возможных последствиях развивающихся событий, саспенс не будет работать. И «Чужие» учитывают даже это — сцена со сном Рипли пытается подготовить "нового" зрителя к дальнейшим ужасам, а заодно задаёт её арку как героя, преодолевающего страх
В общем, хотелось лишний раз поделиться мыслями о величии этого продолжения. Ну и вернуться к теме драматургических приёмов. Конечно, о саспенсе можно говорить очень долго. Способов его достижения немало. Но, согласитесь, интереснее рассматривать такие приёмы, сопоставляя теорию с конкретным примерами из кинематографа. Так что, возможно, я ещё вернусь к вам с новыми тематическими постами